От паводка до паводка

Весной 2010 года управление Роспотребнадзора по Кировской области впервые ввело в городе Кирове ограничение на использование водопроводной воды в качестве питьевой. Случилось это в результате превышения до двух раз предельно допустимой концентрации по азоту аммонийному в водах Вятки в районе городского водозабора и соответственно — в городской разводящей сети (щёлкните, чтобы увидеть текст целиком)

По словам Галины Грухиной, руководителя Управления Роспотребнадзора по Кировской области, вода была «непригодна для употребления в пищу, и любой педиатр вам скажет, что грудничкам, и малышам, и аллергикам такая вода опасна даже для купания».
Значительная часть Кирова, снабжающаяся из водозабора в д. Корчёмкино, осталась без питьевой воды на 5 дней.
В памяти большинства это событие сохранилось. Хотя некоторые уже привыкли покупать воду в специализированных киосках или брать её в артезианских колонках Нововятска. К сожалению, способы эти подходят далеко не для всех и проблему не решают.

В ходе прокурорской проверки был установлен виновник — ЗМУ КЧХК, сумма штрафа по вменяемым статьям должна была составить от 5 до 9 тысяч рублей. Невеликая сумма, особенно если вспомнить, что из-за этого загрязнения значительная часть полумиллионного города Кирова на пять дней — с 28 апреля по 3 мая — осталась без питьевой воды.
Правда, каждому пострадавшему «компенсировали» целый рубль из платы за воду…

Что удивительно: чиновники и «экологи», прекрасно осведомленные о проблеме в течение последних 15 лет, за всё это время не предприняли никаких решительных шагов к её решению. Только в последний год это сделала администрация города Кирова, с подачи Роспотребнадзора.
Но на сегодняшний день руководитель кировского Роспотребнадзора Г. Грухина ушла в отставку, и будет ли новое должностное лицо достаточно ответственным, чтобы соблюдать закон и обязывать к действиям остальных, — неизвестно.

Не менее удивительно, что стеснённые экологическим бедствием жители полумиллионного областного центра практически не проявляли активности, молчали общественные и экологические организации, СМИ не давали полной картины. А власти хранили молчание или как сити-менеджер города Кирова Георгий Мачехин (кстати, бывший директор Кирово-Чепецкого химкомбината удостоенный звания «Почетный химик»), не видели в сложившихся обстоятельствах ничего экстраординарного:

«Эта ситуация — она ежегодная. Она для нас обычная… Все развивается по тому сценарию, который и ожидался. Может, чуть помягче. Мы планировали все наши действия на более серьезное развитие ситуации»

Многие кировчане с нескрываемой тревогой ждут весеннего паводка 2011 года.
И они правы.

Всё что нажито непосильным трудом

Каждый здравомыслящий человек понимал, что причиной загрязнения стали территории вокруг Кирово-Чепецкого химического комбината. К этому же выводу 16 июня пришла Кирово-Чепецкая прокуратура; городской прокурор Антон Александрович Волков дал следующий комментарий:

В ходе проверки было установлено, что меловые хранилища, размытые паводком и являющиеся причиной загрязнения, принадлежат Заводу минеральных удобрений Кирово-Чепецкого химкомбината.

Что касается мер: на имя руководителя ЗАО «ЗМУ КЧХК» направлено представление с требованием устранить выявленные нарушения, а предприятие будет обязано уплатить штраф в соответствии со ст. 8.1 и ст. 8.13 п. 4 Кодекса об административных правонарушениях РФ. Это следующие статьи:

• Несоблюдение экологических требований при планировании, технико-экономическом обосновании проектов, проектировании, размещении, строительстве, реконструкции, вводе в эксплуатацию, эксплуатации предприятий, сооружений или иных объектов.
• Нарушение требований к охране водных объектов, которое может повлечь их загрязнение, засорение и (или) истощение.

Химкомбинат ушёл от ответственности, но  загрязненных территорий вокруг него, находящихся в зоне водозабора Кирова, это не очистит.
Заместитель руководителя Камского бассейнового водного управления, начальник отдела водных ресурсов по Кировской области Александр Тимонов пояснил:

Источник загрязнения нам известен. Это загрязненная зона хранилищ Кирово-Чепецкого химкомбината. Долгое время, еще с советских времен, шло заражение грунтовых вод. Так как долгое время у нас не было таких обильных паводков, вода просто не доходила до хранилищ, не происходило проливки территорий вблизи озер Берёзовое и Просное. В этом году мы прогнозировали паводок по двум сценариям развития событий, если бы пришло резкое потепление и резкий разлив рек и подтопление территории хранилищ химкомбината, то уровень разового загрязнения реки Вятки мог составить до 10 ПДК, при более позднем паводке — до 5 ПДК.

Как видите, сегодня ситуация с загрязнением вод идет, так сказать, по мягкому сценарию. Сегодня мы фиксируем превышение ПДК до 1,7–2 ПДК. Вся ситуация нами анализируется с 1998 года. Да, при сильных паводках есть риск загрязнения воды при подтоплениях шламохранилищ. Точно так же еще в конце зимы нами были выявлены превышения уровня загрязнения в верхних слоях, во все необходимые инстанции были направлены соответствующие письма. Ведь такая ситуация не в первый раз происходит. Подобное случалось и в 2005 году, просто тогда не было даже такого уровня превышения ПДК.

В настоящее время наиболее негативное воздействие на реку Вятка оказывают уже не производственные объекты и хранилища отходов, а ранее загрязненные грунтовые воды и пойменные озера, в которых накапливаются загрязняющие вещества и в паводок выносятся прямиком к кировскому водозабору. Образование этого загрязнения происходило в период первых лет эксплуатации созданных хвостохранилищ. В соответствии с проектом твердые отходы производства — загрязненный соединениями азота мел — должны были размещать в двухсекционном хвостохранилище мела, эксплуатация которого начата в 1985 году. Первые признаки нарушения защиты были выявлены уже в 1989 году. Но никаких действенных мер в тот момент предпринято не было. Фактически работы по устранению последствий нарушения герметичности были начаты только после приватизации КЧХК. В результате внедрения комплекса мероприятий к 2006 году полностью прекращена эксплуатация хвостохранилищ в режиме приема меловой пульпы.

Всё это, а также куцые пояснения Департамента экологии и природопользования Кировской области дают основания говорить, что источником загрязнения служит не только текущая деятельность химкомбината, но и накопленные отходы в грунтовых водах и пойменных озёрах Вятки. В паводок опасная грязь выносится прямиком к Кировскому водозабору.
С момента введения в эксплуатацию в 1938 году и по сей день Кирово-Чепецкий химический комбинат им. Б. П. Константинова (КЧХК) сбрасывает производственные стоки в зону санитарной охраны Кировского водозабора. Причем до 1982 года стоки, в том числе и радиоактивные, сбрасывались без очистки напрямую в расположенные в пойме реки Вятки реку Елховку и озеро Просное, которые являлись коллекторами сточных вод и накопителями отходов.
В результате этого сформировался беспрецедентный по своим масштабам источник загрязнения.

Азот аммония — далеко не всё, чем богаты эти территории. В материалах ФГУП «РосРАО» (научно-практическая конференция, 2009 г.) говорится о радиационной опасности данных территорий. Например, в прибрежной зоне р. Елховки радиационный фон варьируется от 0,17 до 0,33 мкЗв/ч, а в районе оз. Просного достигает 0,44 мкЗв/ч, что значительно больше нормы и среднего фонового значения по области (0,08 мкЗв/ч).
Способствует этому высокое содержание радионуклидов (K⁴⁰, Ra²²⁶, Th²³²) и радиоактивных изотопов (U²³⁸, Cs¹³⁷) в донных отложениях.
Отмечается загрязнение почвы и донных отложений тяжелыми металлами (ртуть 23 мг/кг — оз. Просное), подвижными соединениями фтора, нитратным и уже знакомым азотом аммония.

Считается, что «РосРАО» занимается или когда-нибудь займется реабилитацией данных территорий и хранилищ радиоактивных веществ.
Всего там находится около 440 000 тонн радиоактивных отходов, размещенных во временных хранилищах (в основном — траншейного типа с глиняной гидроизоляцией), не имеющих достаточных защитных барьеров, исключающих загрязнение окружающей среды с течением времени.
Хранилища расположены непосредственно в черте города Кирово-Чепецк, во втором поясе зоны санитарной охраны водозабора Кирова. Это территории с высоким уровнем грунтовых вод, которые местами выходят почти на поверхность, что противоречит требованиям нормативных документов к месту расположения специализированных пунктов захоронения РАО и могильников РАО.
Однако на данный момент нет никаких сведений не только о действиях, но хотя бы о планах по проведению подобных мероприятий. А срок эксплуатации хранилищ давно истек.

Это же касается и азота аммонийного — сам он никуда не исчезает, а расползается, загрязняя воды, почву, атмосферу.
Накопленные отходы постоянно промываются атмосферными осадками, а поскольку ряд объектов размещения отходов «протекает», образуется так называемый дренажный сток. Он, по всей вероятности, формирует подземный ареал загрязнения грунтовых вод размером с центральную часть города Кирова. Ареал загрязнения грунтовых вод не является статичным, а постоянно движется в подземной толще, всё ближе к р. Вятке.
Динамику движения можно понять из следующих схем за 1994, 2001 и 2005 годы:

По ряду скважин наблюдается чрезвычайно высокая концентрация азота аммонийного — 6000 мг/л, и стронция — 1301 мг/л. Общий объем загрязненных грунтовых вод по ряду оценок (на площади 300 га) достигает 500 тыс. м.куб. Рост концентраций в ареале загрязнения по азоту аммонийному наглядно показывают следующие цифры:

Одна из скважин

Озеро Берёзовое

Необходимо добавить, что на пути движения подземного ареала загрязнения грунтовых вод по направлению к реке Вятке расположена цепь поймовых озер, среди которых озёра Бобровые, озеро Берёзовое, карьер у Берёзового. Эти водоемы выступают своеобразным аккумулятором и барьером для веществ, которые поступают в них из загрязненных грунтовых вод. Разрядка этих аккумуляторов и происходит в паводок, когда они затапливаются пойменными водами. Формируется подобие залпового выброса, который и приводит к отключению питьевой воды на водозаборе.

По некоторым экспертным оценкам, количество азота аммонийного в озерах может составлять порядка 200–300 тонн (около 5 полных железнодорожных цистерн). Однако простой математический расчёт позволяет сказать, что эта цифра оптимистично мала.

Слово «вечность»

Радикальным решением было бы строительство водовода из Слободского района для обеспечения города артезианской водой. Но на это потребуется не менее 12 млрд. рублей, которых нет в бюджете города и области.
Надеяться в этом вопросе можно только на помощь государства. Смогло же оно некогда потратить триллионы рублей на возведение КЧХК?
Но и это решение не отменяет необходимости разбираться с проблемой обезвреживания токсичных отходов.

А тем временем: администрация города Кирова объявила конкурс на разработку мероприятий по обеспечению областного центра питьевой водой в паводковый период. Победу отдали предложению по обнесению цепи пойменных озёр защитной дамбой. Стоимость мероприятий порядка 100 миллионов рублей (часть этих средств должна быть вложена в водозабор в д. Корчёмкино).
Срок реализации — не менее двух лет.

Разумеется, наличие какого-то плана лучше, чем ничего. Вопрос лишь в том, насколько поверхностная конструкция поможет задержать продвижение подземного фронта загрязнения?
Да и безопасны ли вообще земляные работы в районе, почва и донные отложения которого заражены химикатами и радиацией?
Примерное расположение дамбы:

Компания, проявившая инициативу

Хотя проект дамбы остаётся только кипой бумаг в Кировской горадминистрации, о которых знают очень немногие, реальные работы в районе пойменных озёр уже ведутся. И занимается ими скорее всего «Уралхим». От его хвостохранилищ (на секции № 6 идут активная земляные работы) до места работ расстояние — всего ничего.
На данный момент удалось найти 2 места проведения работ по возведению «дамб»:

Получается, КЧХК не спит и пытается решить проблему. Правда решить «по-своему»: без согласования с контролирующими ведомствами (такие нарушения за «Уралхимом» водятся), без проекта и прочих необходимых мероприятий. Есть в этом что-то от снобизма: заведомо предполагая себя умнее всей области, начинать по всем признакам незаконные работы.
Вполне понятно желание химкомбината пресечь промывку озер в паводковый период, не допустить залпового сброса загрязняющих веществ, а летом порционно и медленно избавляться от загрязнения. Постепенный сброс может остаться незамеченным.
Но что произойдет, если дамба, построенная в надежде на авось, будет размыта в паводок? Будет ли лучше медленно спускать грязь в летний период? Не ускорит ли это распространение подземного загрязнения или размыв донных отложений?

Ответа на эти вопросы нет. И пока его нет, кировчане являются заложниками. Но готовы ли горе-строители к полной ответственности, если полумилионный город останется без питьевой воды?

…и «экологическую ответственность»

28 мая 2010 года «Уралхим» сообщил о возможном загрязнении реки Вятки, за что получил похвалы от должностных лиц многих контролирующих ведомств. Но на тот момент и на момент начала паводка взаимосвязь с текущей деятельностью ЗМУ КЧХК рьяно отрицалась.
Еще бы, ведь было ясно: возмущение полумиллионного города — не самое приятное явление для крупной химической компании.
Потом была история с общероссийской общественной организацией «Зелёный патруль», вступившей в организованное сотрудничество с химическим гигантом. В результате представители «патруля» занимались отбеливанием репутации химиков, попутно обижаясь на указания о своём непрофессиональном подходе.

С появлением версии о «страшном советском наследии» КЧХК изменился информационный фон вокруг предприятия: версия получила широкое распространение. На разных уровнях власти и компетентных инстанций говорили, что загрязнитель копился долгие годы, а текущая деятельность собственника здесь ни при чём.
Но кто же, как не собственник, несет ответственность за все риски, связанные с собственностью? Тем паче за те риски, о которых было известно уже в момент приобретния.

Поясним на простом примере: скажем, вы купили дачу с прудом. По прихоти предыдущего хозяина в уютном прудике обитает пара крокодилов, о чём вы знали при покупке. Став собственником, вы принимаете на себя и все прелести сожительства с этими милыми тварями; а если ваши домашние крокодилы захотят попробовать, каковы на вкус остальные обитатели дачного поселка, — отвечать придется именно вам, а не предыдущему хозяину.
Так и здесь — в 2005 году предприятие было продано, у него появился новый «хозяин» — Д. Мазепин. И ответственность за деятельность предприятия, вполне очевидно, должна лежать на собственнике.
Но эту очевидную логику всеми силами старались замазать толстым слоем «информационной поддержки».

Сравнить жизнь кировчан поблизости с такой опасностью можно разве что с земледелием на склоне вулкана или ведением частного хозяйства вблизи аварийной атомной станции. Со всей ответственностью можно заявить, что ни один областной центр Российской Федерации не находится в подобной ситуации, которая этой весной непосредственно коснулась почти каждого жителя Кирова.

Пока рак на горе не свистнет

Вся эта невесёлая информация известна уже очень давно, так неужели нельзя было раньше принять меры к решению неотступно усугубляющихся проблем? Почему господа чиновники-экологи, владеющие тревожной информацией, последние 15 лет бездействовали в надежде на авось? Будь у них побольше ответственности перед налогоплательщиками…

Ещё в 1994–1995, а затем в 1997–2000 годах Государственным специализированным проектным институтом (ГСПИ) при проведении исследований загрязнения грунтовых и поверхностных вод в районе размещения объектов КЧХК было установлено, что наблюдается устойчивый ареал загрязнения как подземных, так и поверхностных вод, связанный с нарушением целостности противофильтрационного экрана хвостохранилища мела (секции № № 5,6), и что ареал загрязнения движется в сторону реки Вятки, захватывая цепь статичных озер. Тогда это было «служебной информацией», доступной только посвященным. То есть чиновникам.

Кое-что проскакивало в прессе, например в «Вятском наблюдателе» от 08.03.2002 № 10 Олег Прохоренко писал:«Время от времени происходит резкое увеличение в воде (реке Вятке в районе водозабора) ионов аммония, средний фоновый показатель превышается при этом в 10–15 раз» и далее «по мнению экспертов из „Госкомприроды“ подозрения падают на химкомбинат».
В этом же номере обсуждается сообщение депутата Государственной Думы о ситуации вокруг объектов размещения отходов химкомбината и грозящей экологической катастрофе. Сами заголовки «Ложная тревога?» и «Игры в экологическую катастрофу» дают полное представление о позиции газеты в отношении исходящей от комбината угрозы. В частности, написано: «Начальник экологического отдела КЧХК Владимир Синько даже назвал заявление Климова бредом».

Можно однозначно сказать: о грядущей проблеме (если не катастрофе) знали и чиновники, отвечающие за экологическую ситуацию в области (по крайней мере с 1990-х годов), и общественные организации (по крайней мере после указанной публикации). И добавить: знали — и ничего не сделали.
Депутат Климов оказался прав, а эколог Синько ошибался или просто врал, защищая собственника ещё тогда.

К вменяемым действиям в мае 2010 года приступило только Управление Роспотребнадзора по Кировской области. Спасибо его руководителю Грухиной Галине Николаевне — она наконец-то поставила проблему перед администрацией Кирова. Если бы не Галина Николаевна, жители областного центра ещё долго не подозревали бы о том, что происходит с Вяткой. Управление выполнило свой долг.

А «профессионалы» в лице Управления Росприроднадзора по Кировской области или Департамента экологии и природопользования Кировской области помалкивали все эти годы. Должно быть, делили сферы ответственности — федеральные и региональные (р. Вятка — федеральный объект контроля, а город Киров — областного подчинения).

После этого вручение руководителем департамента экологии А. В. Албеговой «Уралхиму» награды за эко-конкурсы для СМИ в 2010 году выглядит форменным издевательством. Вместо уголовной ответственности компания-виновник получает поздравления и награды.