Чтение как труд

02.08.07, 20:37 4 комментария

Версий, почему в советское  время мы были самой читающей страной, и вдруг стали государством с самым диким капитализмом, в последние годы выдвинуто немало. Правда, никто, кажется, не рассматривал метаморфозу выбора когда-то литературоцентристской страны в пользу чудовищно вульгарного заимствования у далеко не лучшей части западного мира: «если ты такой умный, почему такой бедный?»

Вообще, как социум, считавший себя духовным, великодушным и самоотверженным, - пусть даже придумывая самые изящные оправдания,  все свои устремления бросил на созидание… исключительно материальных ценностей. Каким образом Гроссмана, Рыбакова и Некрасова заменили Донцовы, Устиновы и какие-нибудь Ляли Томные? Причем начиналось все с мощной, отборной литературы: Шмелев, Зайцев, веховцы, Гиппиус, Мандельштам, Оруэл, европейская философия, культурология, мемуары людей, чьи имена появлялись только на самиздатовских обложках…
Хватило не надолго. Не имен, а нашего внимания и желания наверстывать упущенное время. Мы побежали за другим поездом. На его лакированных боках завораживающей голограммой мерцало: «Жить красиво», отредактированные в фотошопе проводники разносили там исключительно литературу «Как…». «Как заработать первый миллион», «Как всегда быть приятным» (на эту тему писал еще Артур Миллер, смотри «Смерть коммивояжера»), «Как заводить друзей», «Как избавиться от друзей», конечно, «Как за полминуты соблазнить кого хочешь!». Когда десять способов достичь невозможного стали повторяться, а пресытившиеся новизной пассажиры начали поглядывать по сторонам, литературу «Как…» сменили романы направления «Хочешь ли ты так жить?»

Бедные девушки из провинции там обязательно выходили замуж за миллионеров, брошенные жены непременно становились ведущими модельерами или стилистами (сегодня можно добавить, владелицами глянцевых журналов), все остальные работали исключительно на телевидении или в министерстве иностранных дел, ну, на самый худой конец кто-нибудь был владельцем какого- нибудь очень большого завода.
Лучше, чем социологи и обществоведы, рассказать о том, как мы менялись во времена абсолюта свободы, могут библиотекари. Они обладают сверхинформацией. В нехитрых сереньких формулярах хранят они сведения о том, что интересует и занимает страну, ведь по тому, что читают граждане, можно многое узнать и понять обо всем обществе.
По всем опросам о круге чтения одним из самых распространенных ответов стал «я почти не читаю: некогда» (ответов этих респонденты сегодня не стесняются, напротив, бравируют). Из тех, кто читает, большинство предпочитает детективы. Остальной спектр интересов тоже хорошо всем известен: бизнес, право, еда, отдых, фантастика.

На вручении премии «Большая книга» Эдвард Радзинский сказал, сколько процентов от всех, умеющих читать, в нашей стране дружат с книгой - семнадцать процентов населения. Отнимите от этого числа школьников и студентов, которые составляют внушительную долю, приходя в библиотеку за учебной литературой, сколько останется? Но продолжение речи знаменитого писателя было еще пессимистичнее: «Но если бы мы посмотрели, что читают эти люди, пожалели бы, что они читают вообще». Не то чтобы драматург и историк Радзинский ратовал против развлекательной литературы, просто тревожится о среднестатистическом IQ по стране, все-таки на высокие технологии нацелились.
Почти вслед за ним Мариэтта Чудакова, вернувшись из поездки по стране, рассказывала, что главное требование массового читателя к печатной продукции сегодня звучит так: «чтоб цепляло, но не грузило», это основной общественный запрос к литературе.
Он действительно «общественный», так как Акунин, Коэльо, Мураками и Пелевин (ироничных писательниц-детективщиц, думаю, дажеи называть нужды нет) – самые читаемые авторы в Москве, Кирове, Белоруссии, Грузии и т. д. У них есть сюжет, приключения, беглость повествования и ореол необычайности.
Пусть немногочисленные деятели культуры неистовствуют: «язык, лишенный искусства», «линия на оглупление», «закон равнения вниз» и «отсутствие аристократического заказчика», мы хотим отдыхать! О чтении как труде сегодня, кажется, и говорить неприлично.


Нелирическое отступление

Занимаюсь с выпускником одной средней школы. Толковый хорошист. Читаем скороговорку: «Все пролетарии были в планетарии». Слышу, как-то странно аккуратно парень этих пролетариев выговаривает. «Что, - спрашиваю, - пролетарии у тебя такие рафинированные? Знаешь, что это такое?» Помолчал, помялся: «Ну, это интеллигенция».
Кажется, Михаил Гаспаров, возмущенный отношением власти к научной интеллигенции, говорил, что он – пролетарий умственного труда.
Кто из нас, учась в школе, не пролистывал описания природы и лирические размышления автора!
Но основные смыслы как-то не пропускались, что-то главное на уроках литературы мы узнавали, потому что своих мыслей в сочинениях хватало у самых ленивых и непоседливых. Наверняка по причине этих уроков и еще от разговоров с учителями или родителями про самые разные книжки, люди рано или поздно и возвращаются к литературе, проверенной временем. Потому что классика – пространство с недеформированными смыслами.
Пространство, в котором мы, прагматичные и иронические, можем обнаружить в себе живого человека. Дети, которые начинают читать классическую литературу, с удивлением и радостью обнаруживают, как открывается и раздвигает для них горизонты мир. Особенно эта перемена заметна в нестоличных детях, где информационное и культурное поле беднее, чем в больших городах. Но маленький город – не самое главное препятствие для общения с миром, значительно большей проблемой для наших ребят являются сами взрослые, которые не хотят читать. Или просто не осторожны со словом.
Практика «сдачи стихотворения на знание текста» в современно школе стала почти традиционной. Эта процедура означает небольшую очередь к учителю литературы за тем, чтобы в толкотне и шуме перемены быстренько оттарабанить «Письмо Татьяны» или еще какую-нибудь нетленку из учебника литературы.
Могут ли в этих обстоятельствах пробудиться чувства или интерес, какие взаимоотношения с бессмертными текстами выстраиваются?

Тем, кто поторопится возразить, что не всем в дальнейшей жизни понадобятся гуманитарные знания, напомню, выдающийся физик Борис Раушенбах, открывший законы обратной перспективы в русской иконописи, еще в конце прошлого века сетовал на преподавание в школах гуманитарных дисциплин:
«… он (Пушкин) как бы вычеркнут из жизни молодого поколения, потому что в школе изучение Пушкина ведется, как правило, формально, только немногочисленные энтузиастки словесницы заставляют учеников читать что-то пушкинское сверх той скудной программы, которая отпущена на “эту тему”. Можно сказать, что Пушкин уже не присутствует в сознании юного человека. Уж не говорю о Лермонтове...»
Не стоит думать, что эта проблема с окончанием школы перестает существовать, любой серьезный технический и научный руководитель знает, насколько продуктивнее «технари», привитые к абстрактному мышлению.


Еще одно отступление

С еще одной выпускницей еще одной средней школы рассматриваем альбом с репродукциями античных скульптур. Девочка внимательно слушает, старательно пытается понять, что мне может нравиться в нецелых статуях. Не выдерживает и спрашивает: «А почему они все без рук?». Учиться читать качественную литературу необходимо, чтобы просто успевать за смыслами. Наш язык вместе со временем ужимается.
Нет смысла в который раз повторять, как сократился лексикон по сравнению с пушкинским словарем. И здесь «комп», «мыло» или «креатив» ничего не поправят.
Мы слышим и принимаем все меньше информации из единицы «богатого и могучего». Воспринимаем поверхностные и часто искаженные смыслы. Чтобы удостовериться, прочтите, например, горьковских «Чудаков», «Чудака» Сигизмунда  Кржижановского, монолог Астрова об интеллигенции и добавьте к этому справку из Даля. Сравните свойства этого человеческого типа с милым бесшабашным «чудаком» 60-х годов ХХ века и, что называется, почувствуйте разницу. А ведь перечисленные литературные произведения уже можно называть классикой, т. е. Зашифрованным кодом нации. Как же нам его считывать, если представления о главных словах совсем разные?
В результате центробежно расходится целый букет непониманий. Особенно заметно это на лекциях по культурологии, когда, например, педагог говорит о культурно-исторических эпохах, а студенты, воспринимая современный вульгарный пласт смысла, не могут в толк взять, что такого особенного могла произвести архаика для античной культуры или почему нужно изучать примитивное искусство.

Типичный текстовый парадокс,- мощный мастер точного слова сказал:
«Мысль изреченная есть ложь». Расхожее «каждый понимает по-своему» работает таким образом, что человек тривиальный толкует это классическое раздумье как изначальную невозможность правды и заданную нечестность всего окружающего мира. Читатель с опытом литературного и герменевтического общения начинает задумываться, почему словом так сложно выражать смысл и сердцевину того, что мы хорошо видим и чувствуем. А потом он обязательно будет слушать другого человека, внимательнее, чем раньше, сможет разглядеть тонкие вещи. Вообще одно из основных отличий хорошей литературы – толчок к мышлению, к формулированию вопросов, а значит, к проникновенному взгляду в происходящее вообще.
Это и есть медленное поступательное движение культуры. Хотим ли мы этому научить наших детей? Или заинтересованы в том, чтобы вопросы для них формулировал, смыслы расшифровывал, давал объяснения кто-то уполномоченный?
Любому читателю с опытом знакома схема: интересное начало, горячая тема и потеря интереса по причине чрезмерности и нарочитости пишущего или говорящего. Сила слова, которое всегда должно быть выверено, взвешено с тем, чтобы случилось как можно меньше смысловых потерь, хоть и нематериальна, но очевидна… Эту чудесную силу и должна объяснять литература. Этому умению должно учить чтение.


Снова нелирическое отступление

На театральном часе в одной знаменитой школе спрашиваю старшеклассников, чем отличается Большой театр от Малого? Два самых сообразительных мальчика почти одновременно: «Большой театр – для взрослых, а Малый – для детей».
Можно, конечно, по поводу всех этих театров, антиков и прочей лирики сказать что-то вроде «в жизни не пригодится». Но это если мы собирается жить в мире без содержания, разговаривать на сленге и никаких переживаний, кроме голода или страха, не испытывать. До сегодняшних дней ни у кого ничего подобного не получалось. Отдаляющееся от культуры в сторону цивилизации человечество придумывает все более рискованные развлечения для того, чтобы хоть что-то почувствовать. «Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать…» – все предвидел Александр Сергеевич. Только вот секреты живых и сильных чувств по-прежнему хранятся в старых, проверенных временем книгах, репродукциях,  артитурах…
«... в одном ток-шоу полупростодушный, полуциничный вопрос: что важнее - нация благополучная или нация великая, хорошая жизнь или хорошая литература? ... уж если людям предлагают всерьез выбирать между здоровой головой и здоровым желудком, между страдающей человеческой личностью и сытой особью, стало быть, мы и в самом деле живем в эсхатологическую эпоху.

... неотделимое от труда жить на земле чувство страдания неотъемлемой составляющей
входит в русскую систему ценностей».
(Валентин Непомнящий)

Ирина Дегтярева

Ставьте лайк, если нравится материал

Обсуждение

img
Медвед 03.08.07, 10:36
Добрый день, Ирина Аркадьевна... Что можно сказать? Грустно... Не буду говорить много, просто расскажу один случай, который произошел со мной за годы службы в ВС.
Как всегда, нашел свободное время и присел с книгой(Гришковца мне высылала специально Любимая), где никто не помешает...
Мимо проходил сослуживец, его вопрос кончился кратковременным моим зависанием. Калинин, как ты можешь читать? Обьясни в чем "прикол"? ....
До сих пор не могу ему ответить...
img
Sin 04.08.07, 21:52
Перечитай - Красный цитатник Великого Кормчего.
Перечитай - князя Кропоткина или Бакунина.
Перечитай - время пришло перечитывать классиков.
Перечитай, перечитай!
(с) СК

:-)
img
Аноним 09.08.07, 11:55
Спасибо за статью. Очень понравилась, но со многими мыслями не согласен.
Во-первых, я не думаю, что мы были такой уж читающей страной, как хотим об этом думать. Это тот же советский (что не значит плохой) пиар. Вроде того, что у нас заводы, тиражи и микросхемы самые большие в мире. Да, почти в каждой семье были огромные библиотеки с "разрешёнными" классиками, но кто их читал? Так до сих пор и стоят пылятся на полках со склеенными страницами. Это было своего рода увлечение.
Во-вторых, лично знаю немало молодых людей, которые читают много. И "качественную" литературу. Заключил в кавычки потому, что не думаю, что нужно вешать ярлыки на печатный текст. Я обожаю Довлатова, но ведь найдутся тысячи ценителей литературы, которые будут доказывать мне то, что это далеко не Толстой, не Лесков, и даже не Бокаччо. Как вам, кстати, произведения последнего? Например, момент когда девица в таверне принесла мужичку капустку и он увидел там её волос из её причинного места, это вызвало у него омерзение, а потом он состряпал ей кунилингус и нашёл там кусочек капустного листа - реакция та же. Да простят меня тонкие натуры, я всего лишь рассказал отрывок из классического произведения, причём не самый солёный. А ваганты? или немецкие шванки? Чем мерить пошлость будем? Может просто всё хорошо к месту и вовремя, капустку к капустке, а волосок к волоску?
Девочек и мальчиков, которые не любят читать было, есть и будет много всегда, но это никак не связано ни с капитализмом, ни с развитым социализмом, ни, Господи прости, с коммунизмом. И эпоха сейчас не лучше и не хуже других. Такая как есть. Моему 5-летнему сыну тоже больше нравится повозиться с компьютером, чем читать книги, но я не бубню под нос, что читаю с пяти лет. Пусть выбирает сам. Я лишь помогу ему достать с полки томик Воннегута. В своё время.
img
Аноним 09.08.07, 15:10
Ещё вдогонку. Улыбнулся над фразой "чудовищно вульгарного заимствования у далеко не лучшей части западного мира: «если ты такой умный, почему такой бедный?»
Нет, не люблю я этих марсиан,
Народец, скажем прямо, хероватый,
К тому же пьющий, да и вороватый,
В отличие от нас, от россиян.
Как легко вы навешиваете ярлыки всё-таки! Какую часть западного мира считаете лучшей? По какому признаку? Может так быть, что если вам что-то не нравится, это не значит, что это что-то аморально?
..."о среднестатистическом IQ по стране" что за IQ пресловутое американское? Над этим индексом давно уже смеются те, кто понимает, что он сродни нашему ЕГЭ. А вы легко оперируете этим термином. Вы же сами понимаете как много гениальных людей по этому коэффициенту являются полными джорджами бушами.
А у меня после прочтения статей на тему -куда всё катится?- возникают мысли: а может и пусть катится? может общество потребления на отдельно взятой 6-й части суши будет неплохо для нас? Хорошие дороги, хорошие автомобили, комп.техника и т.д. Если плата за это - лежащая на книжных развалах Оксана Робски, да пусть её! Переживём как-нибудь.
Мне сегодня друг прислал интересную байку, спешу поделиться, чтобы стало веселее.

Из разговора двух провинциальных актёров.
– Знаете, я должен вам прямо сказать... Да вы, батюшка, просто талант!
– Что, что?
– Талант! Настоящий талант!
– Кто??
– Вы! Вы, дорогой мой!
– Я, по-вашему, талант?
– Да! Тысячу раз да!
– Ступайте отсюда вон! Вон ступайте!
– Но... почему?
– Талант... Сами вы – талант! А лично я – гений!!