Льняная душа трудолюбивого Полома

07.11.19, 20:35

О глубокой истории в сегодняшнем Поломе напоминает немногое: несколько аварийных домов из красного кирпича, бывшая церковно-приходская школа, оставшаяся часть церкви и некогда добротные деревянные дома. Грань в занятиях и устройстве жизни между городом и деревней становится всё тоньше. Настолько, что о классическом укладе сельской жизни впору рассказывать дополнительно. И рассказы хранятся в воспоминаниях старожилов.
Про цену труду и деньгам, платную советскую школу и льняной промысел Вятки узнали из рассказа Таисии Сырчиной из Полома.


В Поломской квартире у Таисии Антоновны старомодно, но светло и уютно. И ясно, что многие вещи здесь неслучайны. Зная цену деньгам и вещам — учишься беречь каждую мелочь и болезнь потребительства тебя не коснётся.
Среди горшечных цветов, половиков домотканых, весёлых лоскутных наволочек и кружева ручной работы в добротном старом шкафу хранится богатство — семейный альбом Сырчиных. Когда листаешь его страницы, воспоминания оживают сами собой. И собственные Таисии Антоновны, и её родни. Воспоминания о том, другом… Ржаном Поломе.


Полом означает крутой поворот дороги или поле для хлебопашества. И то и другое верно: один конец главной улицы спускается к реке, другой тянется по угористому берегу, а сам населённый пункт был известен умением возделывать землю.

Ещё тот, старый Полом славился своими ярмарками по воскресеньям, куда крестьяне привозили товары с подворий, а на вырученные деньги покупали у купцов чай, соль, сахар и всё, что требовалось в хозяйстве. Перед церковью стояли торговые ряды и коновязь. Зерно скупали мешками, приезжавшие из Санкт-Петербурга закупщики.
В том Поломе уже тогда имелась библиотека (ей 125 лет!), врачебный участок, ветеринарная амбулатория, две школы, детский приют и даже чудо техники — свой кинопроектор. И, конечно, красавица-церковь с шестиярусной колокольней и пятью куполами.

В середине лета, когда зацветали поля льна, зрелище получалось необыкновенной красоты. На фоне глянцевой зелени листьев распускалось множество голубых цветков.
До войны выращивали рожь, пшеницу твёрдых сортов, овёс и особенно — лён. Для него в регионе оказались на диво подходящие условия. Вятка делала весомый вклад в общее производство льняных тканей и пряжи в России.

Таисия Сырчина:
Ну, красота какая этот лён! Как я любила, когда он цвёл. Поле голубое-голубое… Цвет как у незабудок, только цветки у льна большенькие.

Таисии Антоновне 84 года. Работать начала с семи лет. Летом целые поля пропалывала с деревенскими ребятами. В эпоху до пестицидов уход за полями мог свести с ума современного обывателя — выпалывали всё вручную.

Таисия Сырчина:
В Летовцах у нашей бабушки семья была большая. Две пары лошадей. Тятя их встанет рано утром — в поле ездили до завтрака, и как начнёт перебирать: — «Миш, Гриш, Вань… вставайте давайте. В поле я поехал». Все встают, умываются. Как все пятеро братовей с отцом выйдут, так всю работу разом до завтрака переделают. Теперешний народ не знает, как мы жили. Трудиться умели.


Род Сырчиных большой, идёт из Летовцев. Дед был пимокат (бил овечью шерсть, катал валенки). С бабушкиной стороны были крашенинники (красят моты, пряжу и холсты).

Сырчины все люди ремесленные, тем и зарабатывали. Чтобы жить на селе требовалась крепость. Слушая рассказ, сложно осознать тяжесть крестьянского труда их график. Кажется, что нелогично и невозможно столько делать руками и не доверяться рациональным машинам.

Таисия Сырчина:
Рожь почти всегда вручную выжинали, техники ещё не было. Работать начинали после 6 классов, и руками выжинали (скашивали серпом) целые поля. Я по 20 соток ржи выжинала в день. Яровых — пшеницу да ячмень тоже вручную жали по 14 соток. И удивительно мне самой, как я могла столько.
Лён тоже теребили (выдёргивали растение с корнем) руками. Теребили, колотили, слали, убирали. А зимой женщины ломали (очищали волокна от твёрдой части стебля) и сдавали уже трестой (льняная солома), готовой куделью (волокно для пряжи). На льне зарабатывали, а экономили на сне.

Всю зиму в деревнях бабы пряли, красили моты, весной ткали. На всякий вид продукции — своя ткацкая рамка. На половики — одна, на онучи для лаптей — другая.
Обзор промышленности России в 1883 году отмечал, что одного льняного крестьянского холста Вятская губерния даёт до 18 миллионов аршин из 93, которые производятся в России в целом. В пересчёте на одни сутки выходило, что крестьяне на Вятке выпрядали 35 километров!

Таисия Сырчина:
Ой, лён, лён. Кругом он. Всех подростков на него посылали. Теребили, старались, на трудодни зарабатывали. Этими трудоднями определяли долю работника из колхозного дохода. А если бы деньги давали, наверное и ночью бы работали! С родителей пример в труде брали.
Отец мой даже спал мало, только с вечера немного. А потом проснётся, лампу висячую зажжёт под полати. Заслуга его, что он нас с братом выучил по 10 классов, ведь с 7 класса платили за школу по 150 рублей в год. А деньги тогда дорогие были.

Таисия Антоновна пришла в семью к мужу в 19 лет. Зимой свадьба была, а весной на пару с мужем пошли укреплять брак совместным трудом. Дрова вместе заготавливать.

Таисия Сырчина:
Если ёлка не туда валилась, то кол вырубим сырой, к его стволу приставлю и держу. В руках-то силы ещё нет нисколько, а надо ёлку держать. В грудь упирала так, что у меня до сих пор это место болит.

Таисия Антоновна всю жизнь прожила в Летовцах в родовом доме, построенном Сырчиными в 1910 году. Её бабушка сама на лошади возила из карьера глину на кирпичи. Сто лет стоит дом на берегу летовского пруда. Когда-то его попробовали продать, но. увидев, как плохо новый владелец следит за постройкой, решили выкупить дом обратно.
Таисия Антоновна и сейчас активна в сельском хозяйстве, и урожай выращивает вместе с семьёй.

Виктор Сырчин:
Если бы не мама, откуда бы мы знали историю нашей семьи? Это бесценный труд, что она сохранила и собрала в альбом все фотографии наших родственников. Под каждым снимком подписаны имена и фамилии, степень родства, даты рождений и событий.
Зимой на снегоходах, летом на машинах или пешими походами я и внуки посещаем старые деревни. Там, где стояли мельницы, крестьянские и купеческие дома. Такие походы интересны сами по себе. И я считаю, каждому поколению важно знать свои корни, откуда ты родом и кем были предки. Зная историю многие вопросы, такие как «какое моё предназначение», «зачем я живу», отпадут сами собой.
Таисия Сырчина:
Жизнь большая прошла, столько всего сделано и всё вручную. Выдержали сколько! Как много ходили пешком, и ничего далеко не казалось. На вечёрки с мужем ходили из Летовцев в Казаринцы, оттуда в Голодаево. Напляшемся здесь и там, засветло домой придём. День работаем. Так проводили молодые годы.
Я рада, дети хорошие выросли. У меня 6 внуков. И как умирать-то мне — ещё надо знать, кем станут мои 11 правнуков. Вот какая я бабушка.

Ставьте лайк, если нравится материал