Набережная на костях

Кирово-Чепецк — город без глубокой истории. Он просто возник иначе, чем исторические центры. Построен форсированными темпами для решения задач индустриализации. Но это не значит, что Чепецк возник в чистом поле. Он с советской решимостью и бесцеремонностью вобрал в себя ряд поселений, куда старше себя. И о них в сегодняшнем городе почти ничего не напоминает, кроме нескольких названий да пяток-другой построек дореволюционного возраста.
Сегодняшнюю прекрасную набережную мало кто соотносит с деревней Скрябиха или селом Усть-Чепца. А красавицу-церковь немногие соотнесут с предшественницей, имевшей куда более глубокую историю. И совсем немногие знают, что при прогулке по набережной мы ходим по древним кладбищам.

Место между новой церковью и мемориалом «Вечный огонь» имеет многовековую историю. В районе сегодняшнего комплекса стояла Никольская церковь: до XVIII века деревянная, а после — каменная. Она простояла до 1930 года, когда инициативные большевики добрались до этого религиозного объекта, сравняв его с землёй. Судьба её последних служителей сложилась не менее трагично: Александр Утробин (церковный староста) и Анна Васнецова (дочь священнослужителя, учительница) были расстреляны за то, что «плакали о закрытии церкви, чем подстрекали прихожан».
По древнему обычаю служителей церквей, простоявших несколько веков на берегу, хоронили на её территории. На это кладбище современные строители наткнулись в 1974 году при обустройстве мемориала.

Как вспоминает старший научный сотрудник городского музея Владимир Северюхин, и рабочие, и часть зевак отнеслись к находке не просто без уважения к мёртвым, но и откровенно варварски. Молодёжь претендовала на найденные черепа как модные и необычные аксессуары.
Это подтверждает и будущий корреспондент «Кировца» Анатолий Бровцын, живший как раз напротив места строительства. По его версии, те останки, которые вскрывались при прокладке газопровода, складывали в большой деревянный ящик для последующего захоронения. Но он сам был свидетелем, как бульдозерист отряхнул и забрал себе золочёное церковное облачение, обнаруженное при земляных работах.

История благоустройства набережной вышла неприглядная, и о ней вспоминают с неохотой. Конечно, ситуация с нарушением моральных норм не нашла отражения ни в исторических трудах, ни на страницах советской прессы. Увековечивая память одних людей, с другой памятью обошлись не очень почтительно.
Хотя такие ситуации происходили по Союзу повсеместно. Что-то похожее было и в Кирово-Чепецком районе, когда при строительстве в районе бывшей церкви в селе Полом также вскрыли церковное кладбище.